Режиссер Мокрицикий расскажет удивительную историю первого советского “Оскара”

Режиссер Сергей Мокрицкий, известный по «Битве за Севастополь» и «Черновиком», приступил к работе над масштабной игровой картиной «Первый «Оскар». Она расскажет о том, как создавался документальный фильм «Разгром немецких войск под Москвой», получивший в 1943 году первый в истории СССР «Оскар» в новой для Американской киноакадемии номинации «За лучший документальный фильм». Первый этап съемок Сергей Мокрицкий должен был начать в Лос-Анджелесе, где и проходила реальная 15-я оскаровская церемония. Все было готово. Но как гром грянул карантин. Все пришлось экстренно прекращать.

«Разгром немецких войск под Москвой» снимали 15 фронтовых операторов под руководством режиссеров Леонида Варламова и Ильи Копалина. Американский продюсер Дэвид Селзник, в тот момент зять основателя Американской киноакадемии Луиса Мейера, который фильмы «Кинг Конг» и «Унесенные ветром», добился ради этой картины появления в регламенте «Оскара» в номинации «За лучший документальный фильм». В американском прокате он получил название «Moscow Strikes Back» («Москва наносит ответный удар»).

По словам продюсера картины «Первый «Оскар» Натальи Мокрицкой, это будет большой проект о фронтовых операторов, которые закончили ВГИК, чьим дипломом стал фильм «Разгром немецких войск под Москвой». Картину стали готовить в декабре, поехали в Лос-Анджелес. Сделали кастинг, выбрали локации, заказали костюмы, оплатили еду. Съемки должны были начаться в конце февраля, а саму церемонию вручения решили снимать с 15 по 23 марта. Но сначала ввели ограничение — снимать до 100 человек, потом — не больше 50. Затем Американская гильдия актеров запретила своим членам выходить на площадку. 14 марта съемки были прекращены.

Сергей Мокрицкий, когда мы с ним разговаривали, находился в США и ждал рейса в Москву, уже потеряв на тот период надежду на скорое возобновление съемок.

— Вы решили снимать этот фильм, потому что учились в фронтовых операторов?

— Я вспомнил слова Михаила Ромма: надо делать то, что ты знаешь. Я родился под Житомиром и еще застал времена, когда 9 мая половина нашего села выходила в пиджаках с орденами. Все это были 45-летние люди, моложе, чем я сейчас. Они вспоминали, спорили, и это были очень важные для меня минуты. С кинематографической точки зрения война — драматический момент, это судьбы и обстоятельства, в которых проявляется квинтэссенция всего человеческого и нечеловеческого. Моими мастерами на операторском факультете Вгика были Александр Гальперин и Анатолий Колошин. Они нам редко что-то рассказывали о войне. В книге «Цена кадра» написано, что Александр Владимирович Гальперин по приказу Сталина был отправлен на Дальний Восток снимать наши укрепления. У Сталина было несколько личных операторов. Он сам не ездил на фронт, но прекрасно знал, как сообщают источники, о том, что там происходит, благодаря хронике, которую ему показывали, в том числе предназначенной только ему. Одним из таких специальных операторов был Гальперин.

— И он станет вашим героем под фамилией Альперин?

— Да, это мой поклон мастеру, с которым у нас были очень теплые отношения. Только сейчас понимаю, как ему было непросто взять на себя профессиональное воспитание, меня, на тот момент простого моряка из Измаила, который ничего не понимал в кино, но так стремился его узнать. Готовясь к работе, я посмотрел много документальных фильмов, прочитал воспоминания. Фронтовой оператор Семен Школьников описал, как ему надо было снять партизан, ночью взрывавших немецкие поезда. Пленка тогда была низкочувствительная, а ночью ничего не видно. Пришлось уговаривать командира партизанского отряда, чтобы молодые партизаны сделали это на рассвете. Когда они уже уходили, немцы заметили, начали стрелять. Молодого парня ранили, и он умер на руках у Школьникова. Если бы все происходило ночью, то он остался бы жив. Школьникову до конца жизни снился этот мужчина. Вот цена кадра. Меня это поразило. Я включил в мой будущий фильм эпизод, где солдат погибает только потому, что оператор попросил его вести себя не как в условиях реального боя, а как лучше для кадра.

— Насколько ваша история будет достоверная?

— Я оказался перед проблемой: надо привязываться к судьбе реального человека, такого, скажем, как Владислав Микоша. Он снимал битву за Севастополь, попал в Америку и привез на пароходе первый «Оскар», стал свидетелем подписания акта капитуляции Японии. Одного из этих событий достаточно для масштабного фильма, а в его биографии их десятки. Но я решил создать собирательный образ. У нас два таких героя — Иван и Лев. Иван, воспитанный советской властью и детдомом, верит в идеологию, считает, что кино должно вдохновлять, поднимать бойцов в атаку. Во время войны операторы работали в паре, поскольку камеры нужно было часто перезаряжать, и если одного убьют, второй должен завершить дело и забрать материал. Напарником Ивана стал Лев Альперин. То, что Лев в реальности видит на фронте, и то, что снимает Иван, в его понимании не соответствует правде на войне. Он пытается понять истинное лицо войны, не пропаганду, а то, как эта трагедия проявляет человека. Происходит столкновение двух методов съемки и двух характеров, а еще они оба влюблены в одну девушку. Все обстоятельства взяты из судеб 258 фронтовых операторов.

Хронику Первой мировой войны — пушки, взрывы, газовые атаки — снимали по всему миру всего пять операторов. А во время Второй мировой эта профессия стала очень востребованной. А сегодня, спустя десятилетия, мы видим, что уже «хвост виляет собакой», и можно придумывать виртуальные войны, показывать их по телевизору всему миру.

— В США будете снимать только оскаровскую церемонию?

— Не только. У нас шесть эпизодов. Перипетии с «Оскаром» были не шутейные. Мы покажем, кто был за, кто против, как реагировала публика на советский фильм. Чьи кадры ценнее — Ивана или Льва? Мы расскажем о создании фильма «Разгром немецких войск под Москвой» на фоне Битвы за Москву. В ноябре битва началась. Декабрь стал самым мощным месяцем боевых действий и съемок. В январе кино смонтировали и показали Сталину, который сказал: «Один хороший фильм стоит нескольких дивизий». Это такое же оружие. Странно, что фильм сделали фактически за месяц.

— Кто у вас будет сниматься?

— Российский кастинг будет продолжен в Москве, как только будет разрешено. В Америке я столкнулся с тем, что часть актеров отказалась работать, когда пандемия только начиналась. Они говорили: «Нет, мы не будем рисковать». Русские люди более отчаянные, но нам очень важно получить разрешение на съемки. Надо успеть построить декорации, а это предполагает большие группы людей. Меня волнуют еще две проблемы. Прошлой зимой почти не было снега. А во время Битвы за Москву зима была снежной. Что делать? Заснежить большие пространства невозможно и выехать тоже. Как в погоне за снегом перебросить куда-то танки, самолеты, пушки, солдат? Второе обстоятельство связано также с терминами. Нам важно, чтобы фильм «Первый «Оскар» увидели в феврале–марте 2022 года, через 80 лет со дня создания «Разгрома немецких войск под Москвой», к юбилею Битвы за Москву.

Вам также может понравиться