Трижды Герой Иван Кожедуб всю войну летал на любимом «жеребце»

8 июня исполнилось 100 лет одному из самых знаменитых летчиков Великой Отечественной – Ивану Кожедубу. Он стал третьим и последним трижды Героем Советского Союза, который получил такое звание за подвиги, совершенные до окончания Второй мировой войны. В связи с этим юбилеем вспомним некоторые эпизоды, связанные с биографией Ивана Никитовича, с его боевыми самолетами.

фото: ru.wikipedia.org

х х х

В юности Иван проявлял явно гуманитарные склонности. У него оказались, например, способности к рисованию. В школе и техникуме ему поручали оформлять стенгазеты, плакаты. Такой талант пригодился и позже. «Рисование выработало у меня глазомер, зрительную память, наблюдательность. И эти качества пригодились мне, когда я стал летчиком», – написал он в мемуарах.

А уже после окончания семилетней школы он хотел стать музыкантом – вступить в духовой оркестр, созданный при одной из воинских частей, но его не приняли из-за слишком юный возраст.

х х х

Свой самостоятельный трудовой путь Иван начал с должности библиотекаря в вечерней школе рабочей молодежи в городке Шостка, ближайшем к его деревне. Он работал, одновременно посещая учебные занятия в этой же школе. Позже вспоминал: «В слякоть, в метель, в мороз ходили ежедневно по семь километров до Шостки да по семь – обратно. Учиться было нелегко, особенно много приходилось заниматься русским языком: у нас в сельской школе занятия шли по-украински».

х х х

Все свои боевые вылеты, все воздушные победы в небе Великой Отечественной Кожедуб получил на истребителях, спроектированных в КБ Лавочкина. Он даже придумал им любовное сравнение: «Лавочкин» – то, как жеребец!»

Отличительная особенность этих истребителей – то, что очень много конструктивных элементов на них изготовлено (ради облегчения) из дерева. В итоге «лавочкины» были очень скоростными машинами, но при удачном попадании вражеских пуль и снарядов они легко вспыхивали и горели, как факелы. И еще одна специфическая особенность: при длительном полете из-за плохой вентиляции в кабине пилота от работающего двигателя воздух разогревался до 65 градусов! Поэтому довольно часто летчики предпочитали отправляться на боевые задания с открытым фонарем кабины.

В общей сложности Иван Никитович сменил за годы войны 6 крылатых машин. Начинал на самолетах Ла-5, а потом пересел на более совершенные Ла-7. Причем все самолеты после него оставались в строю и переходили другим летчикам.

х х х

Будущий трижды Герой мог погибнуть в первом же своем бою 26 марта 1943-го. Необстрелянный еще летчик вместе со своим ведущим в составе группы истребителей должен был осуществлять патрулирование воздушной зоны в районе аэродрома. Он немного замешкался при взлете и отстал от товарищей. Решив самостоятельно продолжить патрулирование Иван вдруг заметил шестерку немецких самолетов и отважно бросился их атаковать. В результате «лавочкин» Кожедуба попал под массированный обстрел «мессеров» и получил повреждения. Сам летчик чудом избежал смерти. От вражеской пули его спасла единственная на Ла-5 в защита: бронеспинка кресла. Увернувшись от немцев и с трудом удерживая поврежденный истребитель в воздухе Иван направил его к аэродрому. Но здесь «лавочкина» по ошибке обстреляли наши зенитчики! В итоге дебютант все-таки смог посадить свой Ла-5 на «брюхо». На крыльях и фюзеляже многострадального самолета техники насчитали около полусотни пробоин. В итоге истребитель отправили на капитальный ремонт, а «напортачившего» молодого летчика едва не сослали в наземные службы. Однако в результате командир полка все-таки поверил в будущее Кожедуба-истребителя.

х х х

После первой неудачной пробы Иван Никитич взялся «за науку». Он стал тщательно изучать тактику воздушного боя. Рабочая тетрадь быстро заполнялась аккуратно вычерченными схемами. – Кожедуб «протоколировал» боевые приемы наших и даже немецких летчиков. Он старательно записывал технические возможности вражеских самолетов, схематично зарисовывал их слабые места. Однополчане посмеивались над такими «уроками рисования», но молодой летчик не обращал на их шутки внимания. Впоследствии сам прославленный летчик вспоминал: «…Я стал присматриваться к боевой работе моих товарищей. Внимательно слушал разборы выполнения боевой работы за день, изучал тактику врага и старался соединить теорию, приобретенную в школе, с фронтовым опытом. Так изо дня в день я готовился к схватке с врагом…»

х х х

С мая 1944 года Кожедуб И. воевал на новеньком истребителе Ла-5ФН, да еще и «именном». Машина была построена на деньги, собранные колхозником-пасечником из Сталинградской области Ст. Ст. Коневым, сын которого погиб на войне. На просьбу крестьянина самолет был назван в честь его односельчанина-летчика. Поэтому на левой стороне фюзеляжа была надпись «Имени Героя Советского Союза подполковника Конева Г. Н.», а на правом – «От колхозника Конева Василия Викторовича». На этом «лавочкине» за неделю воздушных боев в небе Румынии Кожедуб сбил 8 вражеских истребителей и бомбардировщиков.

Как рассказывали ветераны, воевать на «именных» самолетах считалось очень почетным, однако было чревато и дополнительными опасностями для летчика. Пилоты люфтваффе, заметив «эксклюзивную» надпись на борту нашего самолета, сразу понимали, что за штурвалом такой машины явно не новичок, а кто-то из российских асов, и поэтому атаковали особенно яростно, стремясь во что бы то не стало сбить – в назидание другим «иванам».

х х х

В августе 1944 года Кожедуб получил звание капитана и был назначен заместителем командира 176-го Гвардейского истребительного авиаполка. Это летное подразделение первым получило машины новой модели Ла-7. А уже вскоре его вместе с несколькими другими опытными летчиками с приказом командующего ВВС А. А. Новикова направили в Прибалтику, где предстояло сразиться с группой немецких «свободных охотников» – асов люфтваффе под командой известного мастера воздушного боя майора Хельмута Вика. Так наши мастера боевого пилотажа сошлись с немецкими. И в итоге одержали победу: за несколько дней удалось сбить 12 вражеских истребителей, потеряв при этом лишь два своих. После такого конфуза «птенцы» майора Вика свернули свои активные действия на этом участке фронта.

х х х

За всю войну Кожедуб ни разу не был сбит, однако было несколько случаев «на грани», когда только высокое мастерство пилотирования и везения спасли его от беды, но даже от смерти.

12 октября 1943 года, прикрывая от налетов вражеских бомбардировщиков переправы, наведенные через Днепр, Иван Никитич в одном из эпизодов боя сумел подбить «юнкерс», но и его Ла-5 загорелся. Понимая, что находится в данный момент над вражеской территорией, Кожедуб принял решение пожертвовать собой, совершив наземный таран. Он направил свой горящий истребитель в скопление немецкой техники, но в самый последний момент при скоростном пикировании пламя из «лавочкина» удалось сбить. Когда ему об этом сообщил по радио ведомый, Кожедуб уже над самой землей сумел вывести истребитель из смертельного пике. Он долетел до своего аэродрома и благополучно посадил поврежденную машину.

х х х

До недавних пор в справочниках указывалось число воздушных побед. Н. Кожедуба: 62 сбитых им в годы войны вражеских самолета (именно такое количество упомянуто в наградных документах). Однако позже исследователям удалось выявить еще два кожедубовских «трофея», почему-то не учтены в этом списке: эти самолеты были уничтожены героем 11 апреля и 8 июня 1944 года.

х х х

Ведя свой счет добытым в воздухе побед, Кожедуб И. всегда проявлял особую деликатность. Он никогда не включал в список сбитых вражеских самолетов, если своими глазами не видел, как тот упал на землю или взорвался. Даже показания товарищей по полку, которые гарантировали, что подбитый Иваном «немец» воспламенилась факелом и наверное погиб, не брал он в расчет. Кроме того Кожедуб не записал на себя ни одного сбитого самолета в группе или совместными усилиями со своим ведомым, – дарил эти победы своим товарищам. Например, по подсчетам исследователей, только в своем неизменном ведомому Василию Мухину Иван Никитович «переадресовал» не менее пяти сбитых ими на несколько вражеских самолетов. Общее количество групповых побед над гитлеровскими летчиками, в которых принимал участие. Кожедуб, официально нигде не указывается. В своих исследованиях некоторые авторы упоминают очень внушителные данные – до 29 уничтоженных в воздухе самолетов.

х х х

Среди сбитых В. Кожедубом «немцев» один – особенный. 17 февраля 1945 года в бою над Одером, им бвл уничтожен немецкий истребитель принципиально новой конструкции – реактивный «Мессершмитт» Me-262. Как вспоминал Иван Никитович, в тот день, выполняя патрулирование в паре со своим ведомым он обнаружил незнакомого вида немецкий самолет, который летел с гораздо большей, чем обычные «мессеры» скоростью. Даже на быстром Ла-7 удалось догнать вражескую машину, лишь выжав максимальную скорость. Уже приблизившись к врагу, Кожедуб понял, что перед ним истребитель на реактивной тяге. «…Немецкий самолет стал разворачиваться влево, в мою сторону. Дистанция резко сократилась, и я сблизился с врагом. С невольным волнением открываю огонь. И реактивный самолет, разваливаясь на части, падает…»

х х х

В список воздушных побед, одержанных Кожедубом, следовало бы добавить еще два самолета. Незадолго до конца войны в небе над Берлином он сбил два американских истребителя Р-51 «Мустанг», которые предприняли атаку на его «Лавочкин», спутав с немецким самолетом. Попытки показать свою принадлежность к союзной авиации России не дали результата. И тогда Иван Никитович, продемонстрировав свой фирменный стиль боя «срубил» обоих «американцев». Один «Мустанг» в результате взорвался в воздухе, экипаж другого спустился на парашютах. По воспоминаниям, командир полка не стал вписывать эту двойную победу в формуляр Кожедуба и пошутил: «Их припишут тебе в первый же день следующей войны!». К сожалению, как оказалось, – предсказал.

х х х

В 1951-1952 гг. И. Н. Кожедуб был направлен в Корее во главе нашей авиадивизии, чтобы помочь китайским и корейским войскам. Советским летчикам пришлось воевать против недавних союзников – американских летчиков. Участие наших асов в корейской войне пытались тщательно скрыть. Самому комдиву Кожедубу начальство категорически запретил участвовать в боевых вылетах. Ради конспирации во всех сообщениях и документах даже его фамилию заменяли псевдонимом: Крылов.

Однако, судя по некоторым свидетельствам, Иван Никитич все-таки несколько раз нарушил приказ и вылетал «поохотиться» в корейском небе. Но делал это только по ночам. Сколько сбитых американских самолетов он при этом добавил на свой боевой счет, доподлинно не известно.

х х х

Иван Никитович летал вплоть до 50-летнего возраста. За свою жизнь он поднимал в воздух десятки типов самолетов. Последние свои полеты он совершил в 1970 году на истребителях Миг-23.

х х х

Последний из самолетов, на которых воевал. Н. Кожедуб в годы Великой Отечественной, – Ла-7 с бортовым номером «27», впоследствии был передан в музей авиации в подмосковном Монино и долгие годы демонстрировался там в основной экспозиции.

Вам также может понравиться